Молодой, талантливый и известный в Беларуси и за ее пределами скрипач, выпускник колледжа при Белорусской академии музыки 2026 года, Лауреат международных и республиканских конкурсов, Владислав с самого детства завоевывал первые места. В этом году колледжу исполнилось 90 лет, молодому музыканту – 18.  

Я начал заниматься на скрипке в 7 лет, что в профессии музыканта считается довольно поздним возрастом, по счастливой случайности мне удалось попасть к талантливому и понимающему педагогу – Галине Алексеевне Агейченко, у которой до сих пор продолжаю учиться.

— У вас музыкальная семья?

Да, все в семье, так или иначе, «затронули» музыку. Папа – баянист и аккомпаниатор, мама – аккордеонистка и преподаватель. Именно с родителей в нашей семье началось профессиональное занятие музыкой. Старший брат учился игре на фортепиано, средний – на гитаре, а младшая сестра, как и я, учится на скрипке у Г. А. Агейченко.

Оба моих двоюродных прадеда были скрипачами-самоучками (играли на свадьбах). Видимо, желание заниматься музыкой и играть на скрипке передалось мне через гены. Но дело не только в этом.

В то время, когда шла речь о выборе инструмента, мы вместе с семьей посещали концерты. Мне очень понравились скрипка и контрабас. Первая казалась очень ярким и интересным инструментом. А на одном из концертов меня поразила вибрация, исходящая от пола при звуках контрабаса. Спустя время я выбрал скрипку. Этот инструмент выделился тембром, яркостью, диапазоном – от достаточно «бархатных низов», до пронзительных высоких нот, от которых болит голова у всех соседей.

— Кого вы можете выделить среди любимых композиторов?

Я считаю, что настоящий музыкант должен получить всестороннее образование, поэтому стараюсь охватывать музыку композиторов разных исторических периодов: от эпохи барокко до XXI в. Интересно «прикасаться» к сочинениям различных эпох, композиторов – у каждого свой подход, свой набор штрихов, тип звукоизвлечения.

Среди любимых композиторов назову И. С. Баха. Его произведения достаточно тяжело играть, но, таким образом, ты погружаешься в эпоху, задумываешься о жизни, о «вечном», при этом тренируешь свой мозг и слух.

У всех композиторов, будь то Бах, Моцарт или Паганини, есть сочинения, которые я могу назвать любимыми и которые мне нравится играть. Среди таких произведений Концерт для скрипки и оркестра G-dur Моцарта, Концерт Сибелиуса, все Скрипичные концерты Паганини, исполнение которых, однако, требует достаточно высокого технического уровня.

В настоящее время и отечественные композиторы пишут музыку, которая исполняется на сцене и является довольно популярной. Часто на конкурсах в программе требуется сыграть произведение того или иного белорусского композитора. Так, я исполнял произведения Сергея Бельтюкова. Это действительно полезный опыт, благодаря которому происходит популяризация отечественной музыки, и ты сам узнаешь культуру родной страны.

— Если бы вы выбрали только одно произведение, какое и почему?

Как говорят, у скрипачей есть две «Библии» – Каприсы Паганини и Сонаты Баха для скрипки соло. Каприсы – это то, на чем базируется техника любого уважающего себя скрипача, самые же великие виртуозы дают концерты, на которых исполняют цикл целиком, что считается высоким достижением и своеобразным «вознесением» в скрипичную элиту. Произведения Баха же превосходны по глубине мысли и техническим трудностям. Именно эти сонаты, выделяя из всего творчества, наиболее тяжело исполнять.

— Есть ли у вас ориентир среди более взрослых и более опытных исполнителей?

Каждый исполнитель имеет свое мнение и свой стиль. Наверное, нет такого скрипача, в игре которого мне бы было близко абсолютно все: техника, извлечение звука и т.д. Однако я часто обращаюсь к исполнениям великих: ценю выступления Ойстраха за глубину мысли, Когана – за высокий уровень технического мастерства, Третьякова – за «демоническую» энергию и завораживающее исполнение.

— Какой самый значимый конкурс, в котором вы участвовали?

Безусловно, «Дельфийские игры», в которых я принимал участие дважды. Это был колоссальный скачок относительно уровня исполнительского мастерства, расширения кругозора как музыканта, так и личности. И в первый раз в Бишкеке, и во второй в Сыктывкаре, я получил невероятный опыт, который сильно сказался на моем дальнейшем развитии – исполнительский опыт, опыт наблюдателя (через познание мастерства сверстников). Ведь жить, опираясь только на исполнение великих музыкантов прошлого, не совсем правильно, как я считаю. Подобный опыт помогает понять, когда сравниваешь себя с другими, в какую сторону направлять свой рост далее, оценить и переосмыслить уже достигнутое.

— Кто запомнился на конкурсах среди участников, соперников?

В период проведения конкурса я стараюсь не общаться, а концентрироваться на подготовке и своем состоянии. После награждения, когда все закончилось и ты можешь выдохнуть, уже можно побеседовать с участниками и поделиться своими впечатлениями.

— Кто среди ваших соперников был самый яркий и «опасный»?

Любой скрипач (такого уровня) «опасен», у каждого есть своя «фишечка», которая может понравиться членам жюри больше, чем твоя. Но «опасный» – слишком сильно сказано, скорее конкурентоспособный. На таких конкурсах ты находишься в окружении людей с высоким уровнем технического мастерства и знаний, которые на тебя чем-то похожи в плане развития.

Самые яркие и талантливые скрипачи, которых я встречал на конкурсах в последствии стали моими друзьями. Это люди, которые имеют схожие со мной интересы, каждый из них хочет достичь многого в области исполнительства. На Дельфийских играх я познакомился с Эдуардом Даяном – скрипачом из Армении. Потом по счастливой случайности мы оказались на одном фестивале в России, где оба играли. Наше общение продолжается до сих пор.

— Что для вас музыка?

Вопрос очень абстрактный и в то же время глубокий. Иногда, задавая его себе, я понимаю, что музыка уже стала образом жизни. Я ею живу, практически питаюсь.

Когда ты погружен в музыку с детства, ты ассоциируешь себя с ней. Например, я могу назвать то или иное произведение, которое соответствует моему настроению. Сейчас это I часть 5-ой Симфонии Бетховена, так как настроение рабочее, есть силы на движение вперед.

— Кого вы считаете великим человеком и музыкантом?

Для меня великие люди, в первую очередь – люди в музыке. Лично мне важны некоторые критерии, по которым определяется глубина познания в области музыки, в различных областях науки и искусства, так или иначе, связанных с ней: философии, литературе, математике. В целом, можно назвать любого легендарного дирижера – Караян, Бернстайн.

Я считаю важным, чтобы после моего выступления или концерта зрители уходили наполненными глубокими мыслями. Для успешного концертирования нужно трудолюбие, внимание к деталям. На мой взгляд, сила – в упорстве. Надо уметь заставить себя заниматься систематически, чтобы поддерживать уровень игры, вопреки своему настроению и чему бы то ни было. В связи с этим хочется вспомнить мысль Д. Ойстраха: «Если я не позанимаюсь один день, то это услышу я, если два – моя жена, а если три – то уже весь мир». Однако не стоит уходить в крайность, Ю. Башмет говорил: «Вы столько занимаетесь, а жить-то когда?».

Материал подготовила студентка первого курса
фортепианного и композиторско-музыковедческого факультета
Бедрицкая Ульяна